По пути

           Последние лет пять вплотную заинтересовавшись славянскими психотехниками, я убедилась, насколько психотерапевтична народная культура – песни, плясы, игры, хороводы очень хорошо показывают, в каком душевном и телесном состоянии находится их участник-исполнитель и помогают поправить перекосы этого состояния. И моим личным открытием было то, что в русской, как и в любой традиционной, культуре есть действенный инструмент, позволяющий выращивать душевно здоровых членов общества. То есть, умеющих радоваться жизни, ценить красоту, вести хозяйство, продолжать род, рожая и воспитывая здоровых детей. Я о возрастных переходах-инициациях.  
Сегодня культура инициаций в нашем обществе утеряна, и не только у городского населения – и на селе не везде помнят обряды, которыми отмечают тот или иной возрастной переход. Можно, конечно, отмахнуться – мол, суеверия, бабушкины сказки. И в нашем обществе невротиков, бывших пионеров-комсомольцев (приём в которые тоже построен по принципу инициации) принято отмахиваться. Но от природных, архетипических механизмов не отмахнёшься. Что бы ни говорили атеисты-материалисты, у человека есть и тело, и душа. И взрослеет человек душою, а телом – растёт. И если тело растёт в любом случае (за исключением генетических сбоев), то душа может отстать, застревая какими-то своими частями в уже прожитом физическом возрасте. И тогда в плечистом теле тридцатилетнего мужика живёт и шестилетний мальчишка, и двенадцатилетний пацан, и шестнадатилетний юнец. А в округлом теле пятидесятилетней женщины – угловатый прыщавый подросток неопределённого пола…
Движение нашего общества к коммунизму самый жестокий удар нанесло женской душе. Изначально двухполюсной, дуальный, инь-янский мир вдруг стал однозначно мужским. Достаточно вспомнить воинственные лозунги советских времён (воин – мужское состояние): «Бороться и искать, найти и не сдаваться!», «Победим в битве за урожай», «Все, как один, на борьбу с разрухой!». Да что там, к женщинам стали обращаться мужским словом «товарищ». Прежде гармоничное общество, состоящее из мужского и женского, из стремительного и текучего, из прорывающего и заполняющего, из революционного и умиротворяющего, перекосило в сторону свершений и разрушений. Этому есть историческое объяснение: стране Советов, затеявшей глобальную индустриализацию и с этой затеей вытянувшей все соки и из деревни, и из собственного народа, требовались рабочие руки и энтузиазм (по-русски – воодушевление). Самые воодушевлённые, как правило, молодые люди – у них очень много силы на обустройства своего мира. В традиционном обществе эта сила шла на обустройство дома и семьи. В социалистическом обществе она пошла на строительство Днепрогэса, Комсомольска-на-Амуре, БАМа. Женщины, родившиеся после революции, начали отвыкать быть хозяйками дома, матерями, жёнами. Взамен они становились стахановками, родительницами, соратницами по партии. Подмена ролей постепенно отучала женщину быть Женщиной в исконном смысле – вместо хозяйки своего мира она становилась домохозяйкой, вместо опоры своему мужчине –­ подпоркой или шпынялкой, а своим детям, отданным в чужие люди с ясельного возраста, не матерью, а строгим воспитателем (или взыскательным судьёй). Все эти сбои разрушили преемственность традиционно женских навыков управления миром. А то и скручивали женскую душу в тугие узлы. С каждым новым поколением эти сбои накапливаются, и постепенно в узел закручивается и всё общество, воспитанное женщинами с перекрученными душами.
Психологи называют эти узлы травмами развития. И говорят про субличности, которые есть в каждом из нас. В переводе на русский субличности – это как раз части души, застрявшие в разных возрастах. А застряли они там из-за каких-либо потрясений, боли, недополученной любви, не понятых правил жизни, которые помешали душе созреть, повзрослеть и пойти дальше. И поэтому мы то и дело впадаем в эти «застревания», реагируя на окружающий мир то как недокормленный и недоласканный ясельный младенец, то как обруганный раздражённой матерью пятилетний карапуз, то как обсмеянный одноклассниками десятилетний школьник.   А между тем русская культура хранит истины о том, какой должна быть женщина и каким – мужчина. Должны не потому, что так велит кодекс строителей коммунизма (или адептов капитализма), а потому, что только при таких состояниях души, при таких навыках, умениях, при таком уложении образов мира мужчина и женщина смогут быть вместе и чувствовать себя счастливыми. Именно чувствовать – потому что счастье – состояние  внутреннее. Эти истины хранятся в народных песнях, пословицах, сказках, которые нам рассказывали в детстве. Они не потеряны, они  выведены в запасники сознания, откуда время от времени всплывают неясными тревожащими образами и узнаются душой.
Так вот, главной задачей возрастных инициаций всегда было сделать ясными образы мира, в котором живёт человек. Начиная с первой инициации, когда трёхлетний малыш чётко определялся с собственным полом. До тех пор бесполое дитя, бегавшее в одной рубашонке, получало чёткое осознание, как кому миру оно принадлежит: к миру женщин, или миру мужчин. Обряд перехода был прост: мальчику в три года надевали порты и сажали на коня. Девочке дарили бусы и сажали на прялку. О женских возрастных инициациях я хочу поговорить подробнее – я ведь сама женщина и весь этот механизм опробовала на собственном опыте (спасибо центру «Веджена»). Участвуя в этой возрастной инициации в рамках психологического тренинга, я видела, насколько этот переход  важен для уже взрослых женщин. Умом понимая, что они женского рода, на уровне души эти женщины застряли между мужским и женским миром. Они стремились в мужской мир и отвергали женский, считая его второсортным, вспомогательным, ничтожным. И как расцветали женщины, осознав своё застревание и увидев, что на самом женщине даёт её женственность! Увидев, насколько сильно это состояние, и что женский мир на самом деле очень важен, что без него рушится мир мужчин. Интересно было наблюдать на тренингах по возвращению состояния хозяйки, какой «мусор» сыпется из женщин. Дом – место кухонного рабства, или место, где им самим нет места, или нечто, что требует от них постоянного служения и поклонения. А порядок – некая чистота, которую требуется наводить по чужой указке и с чужой оценкой правильности (привет школе). И какой прилив сил появляется, когда доходит – не на уровне ума, а через образы, которыми разговаривает и которые ощущает душа – что Дом для Хозяйки – место Силы. А Порядок – узор этой силы, который рисует она сама.
Состояние хозяйки девочке давалось во время второй возрастной инициации – около семи лет, когда ребёнок был готов учиться управлять своим  миром. Девочек в этом возрасте начинали учить варить кашу и рукодельничать. Интересно, что в нашем обществе к этому возрастному переходу приурочен поход в школу. И понятие «Я уже большая (большой)» относится не к умению устраивать своё место в мире, а к умению выполнять какие-то умозрительные, не относящиеся к его жизненному опыту задания. А ещё в первые школьные годы ребёнка отучают мыслить образами, то есть – на языке души, и приучают мыслить предметно – то есть на языке разума. Переводят из тела в голову. 
 Третий возраст инициаций – время прихода месячных. Это время, когда тело девочки стремительно меняется. Меняются и образы мира, в котором она живёт. Девочка начинает чувствовать, как в ней прибывает женская сила, начинает учиться ею управлять, пробует «на зубок» образы любви, отношений с миром мужчин. В нашем обществе этот возраст игнорируется. Девушек этого возраста называют мужским слово «подросток», а школа продолжает внушать мужские ценности: думай не о мальчиках, а об учёбе, ты должна хорошо учиться, чтобы окончить школу на пятёрки, поступить в институт, сделать карьеру.  
 Справедливости ради надо сказать, что и мужской мир школа корёжит ­– программа обучения мужским предметам здесь построена по женскому принципу, да и учителя преимущественно женщины. Так что «системный сбой» в уложении образов мира в этом возрасте происходит очень серьёзный. У мальчиков закладывается страх перед женщинами, как соперницами или начальницами. У девочек закладываются цели сделать карьеру, побеждать в мире мужчин  – начинается это со стремления заработать хорошие отметки и с презрения к более «тупым» мальчишкам, которые «все дураки и двоечники». И месячные в этом образе мира воспринимаются, я опять цитирую вылезшее на тренинге осознание,  как некая досадная «слабина», делающая женщину неполноценным мужчиной.
 Следующим инициационным женским переходом был возраст взрослости, готовности прийти в мир взрослых. То есть – создавать семью, жить в ладу с мужчиной и его родом, рожать детей, вести хозяйство. Кто из нас, сегодняшних, действительно готов к этому переходу – жить, отвечая за себя, слышать и ценить (а не оценивать) мужчину, который рядом, рожать и нетребовательно любить детей и принимать мир без паники и тревоги, потому что ты – Хозяйка своей жизни?  А ведь это – нормальное состояние, как сейчас говорят, психически зрелой и социально адаптированной личности. И в русской традиции только когда девка приходила в это состояние, она была готова стать невестой и идти дальше – в мир, который состоит из двух половинок, мужской и женской.
В этом мире женщине не надо воевать за место под солнцем – солнце везде, где она. Не надо охотиться на перспективных самцов – она чувствует своего душой мужчину. Не надо сохранять «товарный вид» –  истинная красота в искусственных ухищрениях не нуждается. В этом мире женщины не боятся прожитых лет. Все её годы – ступени дальнейшего взросления души.